Убийство трехлетнего мальчика оправдать нельзя: подозреваемый ушел на фронт в 16 лет и был снайпером

Он часто выходил на задачи в серую зону и даже пробирался в тыл российских позиций, чтобы бить без промаха со средних дистанций, чтобы застать врага врасплох. Война стала его университетом, он пошел на фронт в 16 лет и стал снайпером, чтобы наносить максимальный урон. Вы наверняка видели некоторые из его метких выстрелов на фронтовом видео. «Тихому» было важно, чтобы результаты боевой работы были четко зафиксированы, он старался всегда снимать подтверждение попаданий. И получил орден Лаврега заслуженно: снайперов с такой коллекцией точных выстрелов у нас немного. Летом он оставил фронт, ушёл из своего подразделения и вернулся в гражданскую жизнь. Что было с ним дальше — пока неизвестно.

Андрей Лаврега — второй справа

Что произошло? Очень важно понять. У этого парня огромные заслуги перед страной, он вел жизнь настоящего героя.

Но все, кто с ним воевал, уверены: у этого парня есть принципы, он бы не открыл огонь в центре Киева просто по заказу. Кто-то наверняка попросил, убедил, замотивировал. Очень хочу узнать выводы следствия. Мне трудно поверить, что это была его личная инициатива, и что это мог быть просто коммерческий вопрос. И честно говоря, трудно поверить, что именно он нажал на спуск. Он так часто рисковал собой и жил жизнью простого солдата-добровольца, у которого ни зарплаты, ни соцпакета не было даже минимально, что странно подозревать его в меркантильных интересах. Конечно, молодым парнем, который стал мужчиной на войне, могли сманипулировать.

К сожалению, наше государство не уделяет внимания социализации тех, кто прошел через многие боевые ситуации. Хотя это очень ценные люди. В нашей бюрократизированной системе таким людям нет места, никого не пытаются привлечь и удержать.

Андрей Лаврега на фото второй справа

Переживаю за товарищей «Тихого» — бойцов одной из самых отчаянных штурмовых групп на российско-украинской войне, которые совершили целую серию невероятно дерзких и эффективных боевых операций. Воинам, получившим запредельные боевые нагрузки, необходимо внимание, социализация, их надо всеми силами удерживать в боевых коллективах, а не отбрасывать и забывать. Буду в Мариуполе скоро — постараюсь встретиться с добровольцами. Людей нельзя оставлять одних. Мы хорошо видим, как ломается тело. Но без участия иногда незаметно у человека ломается душа. У большинства военных профессионалов нервы железные, но иногда человек, не получивший ориентиры, может свернуть не туда…

Убийство, если это будет доказано, ничем оправдать нельзя. Но это дело следствия. Будем наблюдать за судом.

Но государство обязано обеспечить контроль и участие в жизни наших воинов, которые отдали и отдают себя войне за независимость. Это наш долг.

Юрий Бутусов, «Цензор.НЕТ»